Close
Как наши продукты помогут именно вам?
Я даю свое согласие на обработку персональных данных
Click to order
Total: 
ФИО
Email
Телефон
Адрес доставки полностью
Точность указания адреса влияет на время и способ доставки.
Доставка
Payment method
Автономная некоммерческая организация
«Научно-исследовательский медицинский центр «ГЕРОНТОЛОГИЯ»

Tamotsu в профилактике синдрома хронического информационного истощения

Как известно, в последнее время в современном обществе стали все чаще говорить о синдроме хронического информационного истощения (в переводе с англ. squeezed – «выжатый», «предельно уставший», син. squeezed-синдром или синдром «выжатого лимона», СХИИ) как о самостоятельном факторе, приводящем к старению, ухудшающем когнитивные функции человека, приводящем к развитию таких нозологий, как артериальная гипертензия, сахарный диабет и пр. [1].

При этом под синдромом хронического информационного истощения понимается совокупность психо-эмоциональных, соматических и поведенческих проявлений длительного перенапряжения, которые связаны с экспозицией squeezed-среды, перенасыщенной электронными гаджетами и системами [1]. В международную классификацию болезней 10 пересмотра данный синдром, не включен, однако его клинические проявления и, самое главное, последствия, ощутимы уже сейчас среди представителей современного общества.

Стоить сказать, что синдром хронического информационного истощения рассматривается как проявление влияния современной цивилизации и процессов глобализации на здоровье человека.


Среди факторов, приводящих к его развитию, выделяют: длительный контакт с электронными гаджетами как в быту, так и в профессиональной среде, что в конечном итоге приводит к зависимости от них; увеличение потока информации, ассоциированное с повышением психоэмоциональной нагрузки, а также необходимостью постоянно реагировать на виртуальную информацию на электронных устройствах; гиподинамию – как общий фон, сопровождающий современного человека, сочетающийся с высоким уровнем когнитивного функционирования и нарушением вегетативной регуляции; длительную вынужденную позу при работе с электронными устройствами; влияние фрагментарной информации из средств массовой информации, т.н. время «постправды», приводящее к психологической дезадаптации и «болезни современного мира» [2].

Общеизвестно, что в основе патогенеза СХИИ лежит дисбаланс в антиоксидантных, нейроиммуноэндокринных и многих других процессах и взаимоотношениях. Стоит отметить, что патогенез СХИИ достаточно сложен и многогранен, и до конца остается неизучен.

Однако известно о формировании феномена «молекулярной иммобилизации» физиологически протекающих процессов, на фоне чего возникает нейромедиаторная, эндокринная и нейроиммуноэндокринная недостаточность, приводящая к снижению защитных механизмов организма с активацией целого каскада патологических процессов. Кроме того, провоспалительная и нейроиммуноэндокринная активация опосредована с нарушениями оксидативного статуса с увеличением продукции прооксидантных молекул, что в конечном итоге приводит к хронизации и тяжелому течению СХИИ [3].

В современной медицине четко определилось значение окислительного (син. оксидативного) стресса или дисбалансе в оксидативном статусе как ключевого патогенетического механизма при заболеваниях, ассоциированных с сосудистой патологией.

Оксидативны стресс изначально опосрелдован с развитием эндотелиальной дисфункции, которая сопровождается активацией развитием тканевой гипоксии, приводящих к избыточному образованию активных форм кислорода (АФК) и различных продуктов его метаболизма. Дисбаланс между интенсификацией свободнорадикального окисления, вызываемого АФК, и активностью защитной антиокислительной системы организма называется оксидативным или окислительным стрессом. Его развитие чревато серьезными нарушениями: дезорганизацией клеточных структур, изменениями их функциональной активности.

Кроме того, по современным представлениям, причинами усиления свободнорадикальных процессов при стрессе являются гиперкатехоламинемия и обусловленная ею тканевая гипоксия. В окислительно-восстановительных реакциях организма принимают участие все компоненты его метаболизма.

В первую очередь АФК вступают в химические реакции с ненасыщенными жирными кислотами, запуская процессы перекисного окисления липидов (ПОЛ) с повреждением клеточных мембран, в том числе и в стратегически значимых энергоемких органах. Активация ПОЛ вызывает альтерацию белков, нуклеиновых кислот, липидных структур клетки. Кроме жирных кислот, АФК окисляют в липопротеиды низкой плотности (ЛПНП) сыворотки крови и иные субстраты. Стимуляция свободнорадикальных процессов в тканях внутренних органов вызывает усиление генерации в них эндогенных альдегидов и, как следствие этого, возникновение карбонильного стресса.

При распаде липопероксидов в окисленных ЛПНП генерируются ненасыщенные альдегиды и малоновый диальдегид (МДА) - один из наиболее распространенных альдегидов, образующихся в результате перекисного окисления арахидоновой, эйкозапентаеновой и докозагексаеновой кислот. В свою очередь они способны образовывать комплексы с аминогруппами лизиновых остатков молекул апо-В-100, что вызывает изменение структуры частиц ЛПНП. Кроме того, МДА индуцирует процесс карбонилирования - образование окисленных модифицированных белков.

Среди продуктов пероксидации существенная роль в повреждении клеточных структур и нарушениях их функционирования принадлежит также перекисям азота – нитритам, нитропероксиду и пероксинитриту, обладающему сильным токсическим воздействием на клетки и ткани организма. Дополнительные белковые продукты окисления (AOPP– advanced oxidation protein product) рассматриваются в качестве маркеров выраженности окислительного стресса, повышение их уровня в сыворотке крови сопряжено с развитием возраст-ассоциированных заболеваний [4].

Среди основных систем и органов-мишений при СХИИ можно выделить сердечно-сосудистую систему и головной мозг. Так, прямое влияние прооксидантных агентов и провоспалительных сигнальных молекул на эндотелиальный слой резистивных сосудов приводит к изменению их реактивности, развитию гипертензивных реакций, усилению атерослеротических изменений в сосудистой стенке. Влияние на головной мозг опосредовано оксидативными и нейроиммуноэндокринными агентами, которые напрямую влияют как на нейроны головного мозга, так и на межсинаптическую передачу, что приводит к развитию когнитивных нарушений с ядром в виде снижения памяти, внимания.

В результате суммарного действия всех звеньев патогенеза СХИИ на ткани органов-мишеней, прежде всего на головной мозг, запускается механизм ишемическо-гипоксического каскада с депрессией синтеза АТФ и высвобождением большого количества интермедиатов кислорода со свободной валентностью.

Стоит отметить, что дефицит энергических ресурсов и оксидантный стресс – звенья одной патологической цепи, так как первичный энергодефицит делает невозможным полноценную трансформацию метаболитов в циклах анаэробного и аэробного гликолиза [5, 6]. Свободные радикалы оказывают патологическое воздействие на биологические мембраны клеток, в состав которых входят, как известно, фосфолипиды, повреждая их. Перекисное окисление полиненасыщенных жирных кислот на поверхности клеточной мембраны приводит к увеличению вязкости мембран и частичной утрате барьерной функции [5].

На фоне окислительного стресса нарушения метаболических процессов в клетке могут быть обусловлены изменением активности ферментов, связанных либо с их непосредственной инактивацией за счёт окислительной деструкции, либо за счёт окислительного нарушения кодирующих их нуклеиновых кислот и регуляции активности факторов транскрипции. При состояниях окислительного стресса наблюдаются глубокие изменения в метаболизме белков, жиров, нуклеиновых кислот, углеводов, водно-электролитном обмене [7].

Безусловно, что эффективность терапии и профилактики СХИИ требует мобилизации всех известных ресурсов [1]. Кроме того, адекватная ответная реакция организма на длительное психоэмоциональное напряжение при СХИИ в значительной мере зависит от состояния питания, нутритивных резервов организма [8].

В настоящее время именно рациональное, сбалансированное питание является тем фактором внешней среды, неким звеном, напрямую оказывающим влияние на состояние здоровья человека, и с практической точки зрения, средством, как пролонгирующим среднюю продолжительность жизни, так и снижающим риск преждевременного старения, с которым ассоциирован СХИИ [9-12].

С учетом данных новых положений в последнее время появляется все больше убедительных данных об эффективности коррекции нутритивного домена в профилактических программах СХИИ с применением различных хроноблокаторов, биологически активных добавок (БАД), суперфудов и комплексов микроэлементов и витаминов [1].

Одним из новых представителей данной группы средств, имеющим сбалансированный состав природного происхождения, участвующий в коррекции нутритивного домена, является источник коэнзима Q10 (убихинон) и экстракта морского гребешка (Plasmalogen) приморского (Mizuhopecten yessoensis (Jay, 1856) (производитель B&S Corporation Co., Ltd, 4-1-28 Kudankita, Chiyoda-ku, Tokyo 102-0073, Japan). Входящие в состав БАД плазмалогены и коэнзим Q10 обладают выраженными антиоксидантными, а также нейро-, кардиомиоцито-, гепатоцитопротекторными эффектами, что позволяет им играть протективную роль в окислении полиненасыщенных жирных кислот [13].

Стоит отметить, что липиды, к которым относятся плазмалогены, представляют собой большую и структурно разнообразную группу в составе биомолекул, играющую важнейшую роль в поддержании энергетического баланса клетки и осуществлении внутриклеточной и межклеточной сигнализации [14]. Так же основной механизм действия комбинации плазмалогенов с коэнзимом Q10 связан с воздействием на компоненты энергодисбаланса и с блокированием максимального количества «верееобразных» патохимических реакций оксидативного каскада [15].

Плазмалогены составляют около 30% общего количества фосфолипидов головного мозга и около 70% всех глицеро-фосфолипидов в миелине, являются структурными компонентами мембран, депо вторичных мессенджеров, играют роль в мембранном синтезе, переносе ионов и оттоке холестерина [16].

Общеизвестно, что источниками плазмалогенов выступают сердечная мышца и головной мозг млекопитающих, кожа птиц (курицы) и жировая фракция морских беспозвоночных (например, морской звезды, морского гребешка) [25-27]. Перечисленные пищевые продукты достаточно специфичны и не всегда могут приниматься в пищу. Однако морские моллюски, являющиеся популярным продуктом питания во многих странах, богаты плазменил-фосфолипидами.

Другим, не менее значимым, природным антиоксидантом, входящим в состав, является коэнзим (син. кофермент) Q10. Его роль широко известна. Кофермент Q10 принимает участие в реакциях окислительного фосфорилирования, при котором энергия, образовавшаяся при окислениипитательных веществ, запасается в митохондрияхклеток в виде АТФ [1, 34]. Кроме того, кофермент Q10 восстанавливает антиоксидантную активность витамина Е [1]. При этом с увеличением возраста синтез кофермента Q10 практически прекращается.

Безусловно, что наиболее оптимальным источником поступления любых природных антиоксидантов в организм человека является пища. В связи с этим формирование у человека верных представлений о рациональном, сбалансированном питании как части профилактических мультимодальных программ является важным фактором поддержания здоровья в целом и фактором профилактики СХИИ, в частности. Кроме того в случае недостаточного поступления в организм необходимых микро- и макроэлементов, коферментов, антиоксидантов в составе пищевых продуктов необходима дополнительная нутритивная коррекция за счет использования биорегулирующих нутрицевтических препаратов – хроноблокаторов, биологически активных добавок, суперфудов с максимально возможным содержанием кофермента Q10, а также плазмалогенов [1, 35].

Заключение.
Нутритивный домен в профилактических программах начинает занимать лидирующие позиции, что в точности соответствует новым трендам и идеям профилактического подхода в современной геронтологии и концепции про-эйджмедицины: мультимодальное применение методик, которые в своей совокупности влияют на гормональный профиль, гипоталамо-гипофизарно-эффекторные оси, стимулируют иммунитет, инициируют выработку эндорфинов и других сигнальных молекул, снижают уровень хронического стресса по кортизол-опосредованному механизму, а также повышают эффективность межмолекулярной сигнализации, снижают уровень провоспалительной гиперцитокинемии и оксидативного стресса [36].


При этом в случае недостаточного поступления в организм необходимых микро- и макроэлементов, коферментов, антиоксидантов в составе пищевых продуктов необходима дополнительная нутритивная коррекция за счет использования таких биорегулирующих нутрицевтических препаратов, как хроноблокаторы, биологически активные добавки (например, источник коэнзима Q10 и экстракта морского гребешка (Plasmalogen) приморского (Mizuhopecten yessoensis (Jay, 1856) (производитель B&S Corporation Co., Ltd, 4-1-28 Kudankita, Chiyoda-ku, Tokyo 102-0073, Japan), суперфуды.


Литература
  1. Ильницкий А.Н. Клеточные хроноблокаторы в клинической практике: монография / А.Н. Ильницкий, К.И. Прощаев, Т.Л. Петрище. – М.: Изд-во Триумф, Лучшие книги, 2019. – 168 с.
  2. Ильницкий А.Н., Прощаев К.И., Коршун Е.И. Синдром хронического информационного истощения (squeezed-синдром) в антивозрастной медицине // Эстетическая медицина. -2017. – №8 (1). – С. 95-99.
  3. Ильницкий А.Н., Прощаев К.И., Коршун Е.И. Синдром хронического информационного истощения (squeezed-синдром) // ГЕРОНТОЛОГИЯ. – 2017. – Т. 5, № 2. (Режим доступа http://www.gerontology.su/files/pdf/255-pdf.pdf).
  4. Горшунова Н.К., Рахманова О.В. ОКСИДАТИВНЫЙ СТРЕСС И ЕГО РАЗНОВИДНОСТИ В ПАТОГЕНЕЗЕ АРТЕРИАЛЬНОЙ ГИПЕРТОНИИ // Современные проблемы науки и образования. – 2018. – № 3.; URL: http://www.science-education.ru/ru/article/view?id... (дата обращения: 12.05.2021)].
  5. Федин А.И. Клинические аспекты патогенетической терапии ишемии головного мозга. Минимизация негативного прогноза. М., 2016. – 20 с.
  6. Касаткин Д.С. Нейроваскулярная единица как точка приложения действия некоторых вазоактивных и нейропротективнывх препаратов // Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. – 2012. – Т. 112, №10. – С.103-108.
  7. Донцов В.И. Медицина антистарения: фундаментальные основы : монография / В.И. Донцов, В.Н. Крутько, А.И. Труханов. – М.: URSS, 2010. – 678 с.
  8. Досмагамбетова Р.С., Терехин С.П., Ахметова С.В. К вопросу о здоровом питании в пожилом и старческом возрасте // Медицина и экология. – 2017. – №3. – С. 32-41.
  9. Козьмина Т. И., Литвинцев А.Н. Нерациональное питание как один из факторов риска ускоренного старения человека // Сибирский медицинский журнал. – 2006. – № 2. – С. 64-66.
  10. Савченков М. Ф., Соседова Л.М. Здоровый образ жизни как фактор активного долголетия // Сибирский медицинский журнал. – 2011. – № 4. – С. 138-143.
  11. Прощаев К.И. Нутритивная поддержкуа как основа коррекции преждевременного старения / К.И. Прощаев, Э.Е. Сатардинова, М.А. Покачалова, А.О. Ахметова, А.Е. Нурпеисова, А.Н. Лихтинова // Современные проблемы здравоохранения и медицинской статистики. – 2020. – № 1. – С. 69-81.
  12. Пузин С.Н., Погожева А.В., Потапов В.Н. Оптимизация питания пожилых людей как средство профилактики преждевременного старения // Вопросы питания. – 2018. – Том 87, № 4. – С. 69-77.
  13. Платонова А.Г. Хромато-масс-спектрометрическое исследование микробных жирных кислот в биологических жидкостях человека и их клиническая значимость / А.Г. Платонова, Г.А. Осипов, Н.Б. Бойко, Н.В. Кириллова, Г.Г. Родионов // Клиническая лабораторная диагностика. – 2015. – Т.60, № 12. – С. 46-55.
  14. Novgorodtseva T.P. Modification of the fatty acid composition of the erythrocyte membrane in patients with chronic respiratory diseases / T.P. Novgorodtseva, Y.K. Denisenko, M.V. Antonyuk, V.V. Knyshova, N.V. Zhukova, T.A. Gvozdenko // Lipids Health Dis. – 2013. Vol. 12. – Р. 117.
  15. Румянцева С.А. Второй шанс (современные представления об энергокоррекции) / С.А. Румянцева, В.А. Ступин, В.В. Афанасьев, Е.Р. Баранцевич, С.Б. Болевич, А.И. Федин, Е.В. Силина, М.А. Хоконов, – М.: МИГ «Медицинская книга». – 2011. – 176 с.
  16. Петров Н.А., Саркисян В.А., Фролова Ю.В., Сидорова Ю.С. Сравнительная физиолого-биохимическая оценка in vivo продуктов, обогащенных плазмалогенами и лецитином / Н.А. Петров, В.А. Саркисян, Ю.В. Фролова, Ю.С. Сидорова // Вопросы питания. –2018. – Том 87, №5. – Приложение. – С. 265-266.
  17. Pauline Anderson. Faulty Lipid Metabolism Linked to Alzheimer's. (Режим доступа https://www.medscape.com/viewarticle/900188).
  18. Глазкова И.В. Плазмалогены – биологически активные липиды: свойства, получение / И.В. Глазкова, В.А. Саркисян, Н.В. Жилинская, А.А. Кочеткова, В.М. Коденцова, Е.Е. Зорина, А.Д. Малинкин // Известия высших учебных заведений. Пищевая технология. – 2016. – Т. 352, № 4. – С. 69-73.
  19. Horrocks L., Sun G. Ethanolamine plasmalogens // Res. methods in Neurochem. – 1972. – P. 223–231.
  20. Сидорова Ю.С. Новый функциональный пищевой ингредиент - липидный модуль, источник астаксантина и плазмалогенов / Ю.С. Сидорова, Н.А. Петров, С.Н. Зорин, В.А. Саркисян, В.К. Мазо, А.А. Кочеткова // Вопросы питания. – 2019. – Т. 88, № 1. – С. 49-56.
  21. Тахехико Фудзино. Эффективность перорального приема плазмалогена и изменение его содержания в крови у пациентов, страдающих болезнью Альцгеймера в легкой стадии и умеренными когнитивными нарушениями: двойное слепое рандомизированное многоцентровое плацебо-контролируемое исследование / Тахехико Фудзино, Тацуо Ямада, Такаси Асада, Ёсио Цубои, Тикако Вакана, Сиро Маватари, Суминори Коно // EbioMedicine. – 2017. – №17. – С. 199-205.
  22. Wallner S., Schmitz G. Plasmalogens the neglected regulatory and scavenging lipid species // Chem. Phys. Lipids. – 2011. – Vol. 164. – Р. 573-589.
  23. Broniec A., Klosinski R., Pawlak A. Interactions of plasmalogens and their diacyl analogs with singlet oxygen in selected model systems // Free Radic. Biol. Med. – 2011. – Vol. 50. – P. 892-898.
  24. Lankinen M., Schwab U., Kolehmainen M. A healthy nordic diet alters the plasma lipidomic profile in adults with features of metabolic syndrome in a multicenter randomized dietary intervention // J. Nutr. – 2016. – Vol. 146. – P. 662-672.
  25. Maeba R. Serum Plasmalogens: Methods of Analysis and Clinical Significance / R. Maeba, M. Nishimukai, S.I. Sakasegawa, D. Sugimori, H. Hara //Advances in Clinical Chemistry. 1st ed. Elsevier Inc. – 2015. – P. 31–94.
  26. Mawatari S., Yunoki K., Sugiyama M., Fujino T. Simultaneous preparation of purified plasmalogens and sphingomyelin in human erythrocytes with phospholipase A1 from Aspergillus orizae / S. Mawatari, K. Yunoki, M. Sugiyama, T. Fujino // Biosci. Biotechnol. Biochem. – 2009. – Vol. 73, №12. – P. 2621-2625.
  27. Yunoki K. Separation and Determination of Functional Complex Lipids from Chicken Skin / K. Yunoki, O. Kukino, Y. Nadachi, Fujino T., M. Ohnishi // J. Am. Oil Chem. Soc. – 2008. – Vol. 85, №5. – P. 427-433
  28. Denisenko Y.K. The role of arachidonic acid metabolites (endocannabinoids and eicosanoids) in the immune processes: A review / Y.K. Denisenko, E.G. Lobanova, T.P. Novgorodtseva, T.A. Gvozdenko, A.V. Nazarenko // Int. J. Chem. Biomed. Sci. – 2015. – Vol. 1., №3. – Р. 70-78.
  29. Ermolenko E.V. Technological approach of 1-O-alkyl-sn-glycerols separation from Berryteuthis magister squid liver oil / E.V. Ermolenko, N.A. Latyshev, R.M. Sultanov, S.P. Kasyanov // J. Food Sci. Technol. – 2016. – Vol. 53. – Р. 1722-1726.
  30. Vogel Т. Health benefits of physical activity in older patients: a review / T. Vogel, P. H. Brechat, P. M. Leprêtre et al. // Int. J. Clin. Pract. – 2009. – Vol. 63, № 2. – P. 303-320.
  31. Savela S. L. Leisure-time physical activity in midlife is related to old age frailty / S. L. Savela, P. Koistinen, S. Stenholm et al. // J. Gerontol. A Biol. Sci. Med. Sci. – 2013. – Vol. 68, № 1. – P. 1433-1438.
  32. Ворслов Л.О. Омега-3-полиненасыщенные жирные кислоты как источник долголетия // Вопросы диетологии. – 2017. – Т. 7, № 1. – С. 36–41.
  33. Жуков А.Ю., Ворслов Л.О., Давидян О.В. Омега-3 индекс: современный взгляд и место в клинической практике // Вопросы диетологии. – 2017. – Т. 7, № 2. – С. 69–74.
  34. Гашимова У.Ф. Клеточные хроноблокаторы в биологии и медицине: монография / У.Ф. Гашимова, А.Н. Ильницкий, К.И. Прощаев, Т.Л. Петрище. – Москва, 2018. – 166 с.
  35. Ильникий А.Н. Питание и нутритивная поддержка людей в пожилом и старческом возрасте как фактор профилактики преждевременного старения и развития гериатрических синдромов (обзор литературы) / А.Н. Ильницкий, М.В. Королева, А.А. Шарова, Е.В. Кудашкина, Е.И. Коршун, O.М. Кузьминов // Современные проблемы здравоохранения и медицинской статистики. – 2019. – № 3. – С. 132-150. (Режим доступа http://healthproblem.ru/files/pdf/276-pdf.pdf)
  36. Прощаев К.И., Ильницкий А.Н., Носкова И.С. Новое в профилактике: резилиенс-гимнастика // ГЕРОНТОЛОГИЯ. – 2020. – Т. 8, №2. (Режим доступа http://www.gerontology.su/files/pdf/291-pdf.pdf).
Данный текст охраняется законом РФ о защите авторских прав, а также международным законодательством в этой области.

Любое частичное или полное копирование и воспроизведение без разрешения владельца запрещено. Лица, виновные в нарушении авторских прав и исключительных прав на использование текста, несут гражданско-правовую, административную и уголовную ответственность"